Назначенная на 23 апреля с. г. в офисе партии «Яблоко» в Москве встреча, посвященная 80-летию Арсения Рогинского с показом документального фильма о нем «Право на память», перенесена её организаторами, уверен, что она все-таки состоится. Ниже – текст выступления, которое я планировал произнести на этой встрече.
Арсений Рогинский – один из основателей общества «Мемориал» и Председатель его правления в 1998-2017 гг. Он ушел 9 лет тому назад, но случилось так, что его 80-летие совпало сегодня с некими, по сути невероятными, связанными с «Мемориалом» событиями.
9 апреля с.г. Верховный Суд РФ удовлетворил иск Минюста России о признании «Мемориала» экстремистской организацией и запретил деятельность всех его структур и инициатив. Мотивировка такого решения не раскрывается, но я хочу заметить, что в сознании миллионов россиян деятельность «Мемориала» связана с сохранением памяти о жертвах Большого террора 1930-х годов. Тем самым в сознании тех же миллионов названное негативное решение в отношении «Мемориала» неизбежно воспринимается как акт оправдания трагедии Большого террора – деяние, предусмотренное Статьей 205.2 УК РФ «Публичное оправдание терроризма». Вот такой правовой оксюморон.
Теперь о том же самом в ином, но тоже сегодняшнем актуальном контексте. Несколько лет назад Госдума внесла в правовое поле России определение «геноцид советского народа». Полагаю, что это словосочетание правильное, точно отражающее наши страшные исторические реалии. Действительно, как еще можно назвать голод Поволжья начала 1920-х с его 6 миллионами трупов. Молодой советской республике, как воздух, нужна была валюта, вот и отобрали для экспорта все зерно на огромных территориях. Или минус 15 миллионов самого трудового крестьянства в коллективизацию. Большой террор с его миллионами жертв, включая десятки тысяч расстрелянных православных священников, а также и сотрудников НКВД СССР, с его – Большого террора обязательными количественными лимитами (планами) по расстрелам, которые спускались из Москвы в области, края и союзные республики. Каждый человек – носитель генетической информации, и массовое истребление человеков вполне уместно называть геноцидом. Миллионы жертв нацистской агрессии 22 июня 1941 года мы тоже никогда не забудем. Ну и послевоенная депортация народов – чеченцев, ингушей, крымских татар и других, опять же с массовыми человеческими жертвоприношениями. Тут уместно суммировать риторическим вопросом поэта: «…Но поведай мне, коли умён, / В чём достоинство слава и сила / Той эпохи, что жгла и косила / Миллионы под шелест знамён?».
20 апреля 2026 года вступили в силу изменения в УК РФ, вводящие уголовную ответственность за публичное отрицание, одобрение геноцида советского народа в годы Великой Отечественной войны и за оскорбление памяти жертв геноцида. Представляется, что следующим шагом должно быть расширение этого закона, предусматривающее ответственность за отрицание, одобрение любого из названных выше геноцидов советского народа. Правда, лично я против уголовной ответственности за мнения, пусть даже самые отвратительные. Но вот лишение депутатского мандата за такое отрицание было бы, наверно, очень полезным. Государственная Дума опустела бы сразу. А поскольку такого закона пока нет, то жизненно необходимое нашей стране кардинальное обновление состава Госдумы может, в принципе, произойти на предстоящих в сентябре очередных парламентских выборах. В связи с этим предлагаю предвыборный призыв: «Свободу депутатам, отсидевшим срока в Государственной Думе !».
В заключение поделюсь такой информацией. В начале марта с.г. группа правозащитников обратилась к Мэру Москвы Сергею Собянину с просьбой сохранить Государственный музей истории ГУЛАГа. Это обращение было опубликовано, спасибо, в «Новой газете - Казахстан» под редакционной рубрикой «Открытое письмо на почти закрытую тему» - https://www.novgaz.com/index.php/2-news/4152-открытое-письмо-на-почти-закрытую-тему
А на днях я, как отправитель письма, получил на него ответ, в котором заместитель руководителя Департамента культуры города Москвы Надежда Преподобная заверяет, что «Коллекция Музея ГУЛАГа будет сохранена, так как является государственной частью Музейного и Архивного фондов Российской Федерации», и что с ней можно ознакомиться в сети интернет «в информационной системе Государственного каталога Музейного фонда Российской Федерации». Я, правда, пока не сумел найти в этом Каталоге какого-либо упоминания Музея истории ГУЛАГа.
И совсем в заключение – личная благодарность Сене Рогинскому, который сообщил мне про меня нечто, что я иначе никогда бы не узнал. Был такой очень короткий период, конец 1991-го и начало 1992-го гг., когда были открыты все архивы КГБ СССР. И Арсений Рогинский там тоже работал. А потом он мне сказал, что был поражен обилием оперативных заданий «следить за Хамелеоном» в те дни (в 1980-1984 гг.), когда Елена Георгиевна Боннэр приезжала из Горького в Москву, а ездила она часто, осуществляя связь Андрея Дмитриевича Сахарова с внешним миром. Там же Сеня смог прочитать и расшифровку прозвищ: «Хамелеон» - ваш покорный слуга, Боннэр – «Лиса», Сахаров – «Аскольд» или «Аскет». Я действительно тогда каждый раз встречался с Еленой Георгиевной, помогал, чем мог, а слежки этой, конечно, не замечал.
Источник: Новая газета Казахстан
25 апреля, 09:19